«Если твои шесть соток в Буче тебе важнее собственных внуков, тогда можешь с ними попрощаться!» — Валерия резко дернула замок на куртке шестилетнего Марка и утащила внуков к двери

Меркантильно и жестоко обменивать детство на деньги.

— Вчера она выставила Валерии счёт на четырнадцать тысяч грн за шесть пропущенных смен в своём швейном кооперативе! Представляешь, с собственной дочери взяла деньги за то, что посидела с внуками, а сегодня с утра уже укатила в санаторий под Полтавой!

Наталья Павловна невольно вскинула брови.

— Вот как. А где же та самая «идеальная бескорыстная бабушка», которую так красиво показывали на фотографиях из парка?

— Мам, ну не добивай, — поморщился Андрей. — У Валерии сейчас перед Новым годом запись на маникюр забита с утра до позднего вечера, у меня на работе обновление серверов. В общем… Валерия согласна пока не поднимать тему дачи до весны, если ты завтра сама ей позвонишь, извинишься и оплатишь Марку зимний спортивный лагерь на каникулы. Путёвка стоит восемнадцать тысяч грн.

Наталья Павловна на несколько секунд даже замолчала. Такая прямота, граничащая с полной наглостью, выбила её из привычного спокойствия.

— Правильно ли я понимаю, Андрей? Тамаре Сергеевне вы отдали четырнадцать тысяч грн за шесть вечеров с детьми и спокойно отправили её отдыхать, а я должна просить прощения за то, что не подарила вам свою дачу, и вдобавок заплатить восемнадцать тысяч грн, чтобы меня снова допустили к внукам?

— Мам, ну у нас сейчас правда нет свободных денег, мы же тёще всё отдали!

— Нет, Андрей. Извиняться мне не за что. И оплачивать лагерь я не стану. Доброй ночи.

После этого прошла ещё одна неделя. В последнюю субботу ноября, ровно через месяц после того самого октябрьского ультиматума, Наталья Павловна с утра вынула из духовки противень румяных слоек с яблоками. Едва стрелки приблизились к десяти, в прихожей резко и настойчиво затрезвонил звонок.

За дверью стояла Валерия. Осунувшаяся, с тёмными кругами под глазами, она держала в одной руке два набитых детских рюкзака, а другой крепко придерживала Марка и Киру.

— Баба Наташа! — радостно завизжали дети и тут же кинулись к ней обниматься.

Валерия, не заходя толком в квартиру, поставила рюкзаки прямо на коврик и заговорила торопливо, сухо, будто отдавала распоряжение администратору:

— Наталья Павловна, короче, я вас простила, зла больше не держу. Дети остаются у вас до вторника вечера. У меня в выходные запись плотная, с утра до ночи, а в понедельник мы с девочками уезжаем на два дня в загородный спа-отель. Сертификат пропадает, его нельзя перенести.

Она уже развернулась к лифту, явно собираясь сбежать, но ровный голос свекрови остановил её почти у самой кнопки вызова.

— Валерия, подожди. Никуда ты сейчас не побежишь. Вернись к двери.

Невестка раздражённо обернулась и демонстративно посмотрела на экран телефона.

— Наталья Павловна, мне некогда тут разговоры вести. Через полчаса у подъезда будет клиентка. Андрей на дежурстве, детей оставить вообще не с кем.

— Марк, Кирочка, идите пока на кухню, — мягко сказала Наталья Павловна внукам. — Вымойте руки. На столе вас ждут тёплые слойки с яблоками и какао.

Она дождалась, пока дети пробегут по коридору и за ними прикроется кухонная дверь, а потом повернулась к Валерии уже совсем другим взглядом.

— Теперь спокойно и по пунктам. Во-первых, тебе не за что меня прощать. Я у тебя ничего не требовала и из твоего дома тебя не выгоняла. Во-вторых, с чего ты решила, что я обязана четверо суток подряд сидеть с детьми, пока ты в понедельник и вторник будешь отдыхать с подругами в спа-отеле?

Валерия растерянно моргнула. Очевидно, такого ответа она не ждала.

— В смысле — с чего? Вы же их бабушка! Вы месяц внуков не видели, наоборот, радоваться должны, что я сама их привезла. И вообще, после вчерашнего унижения в спорткомплексе мне надо нервы восстанавливать!

— Какого ещё унижения? — Наталья Павловна прищурилась.

— Самого обычного! Вчера привела Марка в «Дельфин», а его даже через турникет не пропустили. Администратор при других родителях громко сказала, что абонемент за ноябрь и занятия в школе «Умка» не оплачены, а за нами долг пять тысяч шестьсот грн. Вы специально отключили автоплатёж, чтобы выставить меня на посмешище перед всеми?

Продолжение статьи

Клуб родительского мастерства