— Ты посидишь с моими детьми. У тебя ведь времени предостаточно, — произнесла Оксана так, словно отдавала распоряжение подчинённой, и даже не удосужилась подняться со стула.
Наталия замерла в дверях кухни, всё ещё с сумкой на плече.
Она вернулась позже обычного. День тянулся вязко и утомительно: бесконечные обращения клиентов, раздражённые лица, телефонные звонки, которые начинались с невинного вопроса, а заканчивались перечнем претензий. В сервисном центре, где она работала администратором, с самого утра сбоили терминалы, мастер опаздывал, люди нервничали, а Наталия снова и снова спокойно объясняла, записывала заявки, переносила сроки и извинялась за то, к чему не имела отношения.
По дороге домой у неё было одно-единственное желание — закрыть за собой дверь, снять туфли, умыться и хотя бы на час перестать быть для всех удобной и вежливой.
Однако дверь в квартиру оказалась приоткрытой. Изнутри доносился детский смех, грохот ящика и знакомый голос Оксаны, сестры её мужа.
Ещё в прихожей Наталия поняла: без сюрприза не обошлось.
На коврике лежали две детские куртки. Рядом — яркий рюкзак с брелоком и пакет, из которого выглядывали игрушки. Под вешалкой валялись кроссовки, брошенные впопыхах. На тумбе для ключей — чужая заколка и пластиковая машинка без колеса.
Она аккуратно сняла пальто, повесила его и прошла в кухню.
За столом расположилась Оксана. Её семилетний сын Иван с грохотом катал машинку по полу, время от времени стукаясь о ножку стула. Четырёхлетняя Анна устроилась на диванчике и методично вытаскивала из пакета мягкие игрушки, расставляя их вокруг себя. На столе уже стояли сок, коробка печенья, лежали салфетки и какие‑то распечатки.
Наталия перевела взгляд на мужа.
Дмитро стоял у окна с телефоном в руке. Он не разговаривал — лишь бросил на жену быстрый, виноватый взгляд и снова уткнулся в экран, хотя было очевидно, что ничего там не читает.
Оксана же выглядела так, будто всё идёт по плану. Жилетку она сняла, рукава закатала — вид человека, который пришёл не в гости, а на заранее согласованную территорию.
— Объясните, что здесь происходит? — спокойно спросила Наталия.
Её голос звучал ровно, почти холодно.
Оксана хмыкнула и вытерла дочери пальцы салфеткой.
— Ничего особенного. Не делай такое лицо.
— Я задала вопрос.
— Мы приехали, — пожала плечами Оксана. — Разве не видно?
— Вижу. Потому и спрашиваю.
Дмитро убрал телефон.
— Нат, давай без скандалов. Оксана ненадолго.
— «Ненадолго» — это на чашку чая? Или с багажом, детьми и готовым расписанием для меня?
Оксана закатила глаза.
— Вот я же говорила тебе, Дмитро, что она сразу начнёт.
Наталия тихо поставила сумку на стол. В её движении не было ни резкости, ни суеты — только сдержанность. Дмитро, кажется, почувствовал, что сейчас лучше бы сестре притормозить.
Но Оксана не собиралась.
— Мне предложили работу, — заявила она деловым тоном. — Хорошую, упускать нельзя. В сад Анна пойдёт только осенью, после школы Ивану тоже нужен присмотр. Мама далеко, у неё своя жизнь. Дмитро работает. А ты… — она оценивающе посмотрела на Наталию, — ты возвращаешься раньше, иногда вообще дома бываешь днём. Тебе проще.
Наталия молчала, внимательно глядя на неё.
Перед ней стояла не растерянная женщина, которой отчаянно нужна поддержка, а человек, уже решивший всё за остальных. Оксана не просила — она объявляла.
Дмитро по-прежнему не вмешивался, будто надеялся, что всё уладится само.
— Ты серьёзно сейчас? — тихо спросила Наталия.
— Абсолютно. Дети спокойные. Иван уроки сам делает, Анна мультики посмотрит. Покормишь их, побудешь до вечера. Ничего сложного.
Наталия повернулась к мужу.
— Ты знал?
Он провёл ладонью по лицу.
— Она звонила вчера. Сказала, что всё срочно.
— И ты решил не предупредить меня?
— Я собирался вечером поговорить.
— Вечером? Когда они уже в моей кухне?
Оксана выпрямилась.
— В нашей кухне, Наталия. Ты ведь замужем.
Наталия повернулась к ней медленно.
— Квартира принадлежит мне. Я купила её до брака. Дмитро это знает. Теперь и ты вспомни.
Оксана на секунду отвела глаза, но быстро вернула уверенность.
— Какая разница? Вы семья. Дмитро — мой брат. Мне нужна помощь.
— О помощи просят.
— А я что делаю?
— Ты ставишь меня перед фактом.
— Это же не чужие дети!
Наталия посмотрела на Ивана и Анну. Мальчик уже не катил машинку — он слушал взрослых, притворяясь занятым игрой. Девочка крепко прижимала к себе мягкого зайца.
Скандал при детях ей был не нужен.
Наталия закрыла коробку с печеньем и отодвинула её.
— Оксана, собирай вещи.
Та коротко и нервно рассмеялась.
— Очень смешно.
— Я не шучу.
Дмитро шагнул вперёд.
— Может, всё-таки обсудим спокойно?
— Обсуждать нужно было раньше, — ответила Наталия. — До того как сюда привезли детей и разложили их вещи.
— У неё тяжёлая ситуация, — попытался он.
— В тяжёлой ситуации разговаривают. А не распоряжаются.
Оксана вскочила, стул резко скрипнул.
— Да что ты строишь из себя? Подумаешь, несколько часов с детьми!
— Несколько? — уточнила Наталия.
— Ну… сначала. А дальше по моему графику.
— По твоему?
— Конечно.
— Значит, я должна подстроить работу и жизнь под твои планы?
Оксана ударила ладонью по столу. Анна вздрогнула.
— У тебя нет своих детей! Ты просто не понимаешь, как это тяжело!
Эти слова прозвучали резко и глухо.
Дмитро побледнел.
— Оксана, хватит.
Но она уже не останавливалась.
— Я говорю правду. Детей нет, времени полно. Почему бы не помочь?
Наталия опустила взгляд на свои руки. Пальцы побелели от напряжения.
Дмитро знал, насколько болезненной была эта тема. Оксана — возможно, тоже. Два года назад Наталия потеряла ребёнка на раннем сроке. Об этом почти никто не знал. Тогда Дмитро в растерянности позвонил матери из больницы. Дальше слух, видимо, разошёлся.
После выписки Наталия быстро вернулась к обычной жизни — по крайней мере внешне. Работала, улыбалась, оплачивала счета. Но внутри будто оставалась пустая комната, куда она старалась не заглядывать.
Со временем они с Дмитро научились не касаться этой темы. Делали вид, что всё прошло.
Не прошло.
И сейчас Оксана, осознанно или нет, ударила именно туда.
Наталия подняла голову.
— Повтори.
— Что? — растерялась Оксана.
— Скажи ещё раз.
— Я сказала, что у тебя нет детей.
Дмитро стиснул зубы.
— Достаточно.
Наталия не смотрела на него.
— И поэтому моё время ничего не стоит?
Оксана замялась, но упрямство вернулось.
— Я о нормальной помощи между родственниками.
— Родственная помощь — это когда человеку тяжело, и он просит, — тихо ответила Наталия. — А не когда приезжает без предупреждения, раскладывает вещи по шкафам и решает за меня, что я буду делать.