Глава 1. Детство, которого будто не существовало
Меня зовут Олег. Мне тридцать восемь. Уже три года я не поддерживаю никаких отношений с матерью. И, как ни странно, именно это решение оказалось самым здоровым для моей психики.
Ребёнком я даже не подозревал, что в семьях бывает иначе. Мне казалось, что повышенный тон, постоянные упрёки и тотальный контроль — это норма. Я искренне верил, что со мной что‑то не так, раз она бесконечно повторяет, что я пустое место.
— Ты моё наказание, — произнесла она однажды, когда мне было семь и я принёс из школы двойку. Она давно забыла этот эпизод. А я — нет.
Когда я просил купить краски, потому что любил рисовать, слышал в ответ:
— Из тебя ничего путного не выйдет.
Иногда по вечерам, думая, что я сплю, она тихо бросала:
— Без тебя моя жизнь была бы легче.
Но я не спал. Я лежал и слушал каждое слово.
Отец предпочитал молчать. Он боялся её не меньше моего. Лишь изредка, когда она выходила, он осторожно клал ладонь мне на голову и шептал: «Потерпи». Я и терпел. Тридцать пять лет подряд.
Глава 2. Любовь, от которой нечем было дышать
Понятие «токсичная привязанность» я осознал гораздо позже. В юности мне казалось, что так проявляется забота.
Она выворачивала мои карманы, перелистывала личные записи, запрещала общаться с «неподходящими» ребятами — а неподходящими были все. Звонила учителям, требуя подробных отчётов, входила в мою комнату без стука и устраивала сцены, если в дневнике стояла четвёрка.
— Я хочу видеть тебя лучшим, — повторяла она.
— Я не могу быть идеальным всегда, — пытался возражать я.
— Значит, стараешься недостаточно.
С возрастом её влияние только усиливалось. Учебное заведение выбрала она. Специальность — тоже. Даже с какой девушкой мне «правильно» встречаться, решала она. Я покорно ходил на ненужные свидания, сидел на лекциях, сдавал экзамены и всё глубже терял себя, даже не понимая, как однажды начал ненавидеть собственное отражение в зеркале.