Со временем ненависть к себе стала привычным фоном.
Однажды я всё-таки решился на разговор. Сказал, что больше не хочу продолжать учёбу и намерен поступать на факультет дизайна — туда, куда тянуло ещё с детства.
— Повтори, что ты сейчас сказал? — её голос был тихим, почти холодным. — Я столько лет горбатилась не ради того, чтобы ты стал каким-то штукатуром.
— Это не про стены, мама. Это творчество, — попытался объяснить я.
— Ты без меня ноль, — отрезала она. — Сам ты ничего не сможешь. Я лучше знаю, что тебе нужно.
Ирония заключалась в том, что именно рядом с ней я медленно исчезал. Но уйти не хватало ни смелости, ни сил.
Глава 3. Попытка вырваться
В двадцать три я всё же съехал. Нашёл недорогую комнату, устроился на работу, начал обживаться. Однако её контроль никуда не делся: ежедневные звонки, расспросы, проверки. Если я не брал трубку — она появлялась на пороге. Осматривала кухню, заглядывала в шкафы, переставляла мои вещи, морщилась от «неправильной» еды.
— Ты не справишься один, — твердила она.
— Справлюсь, — однажды не выдержал я.
— Это мы ещё посмотрим.
Через несколько недель она вошла в квартиру без предупреждения — у неё оказались запасные ключи. Я даже не подозревал, что она их сделала. В тот вечер я был не один. Скандал был оглушительным. Девушку она обозвала аферисткой и потребовала немедленно прекратить отношения.
Я подчинился. По привычке. Из страха перед её криками и слезами. Во мне по‑прежнему жил тот маленький мальчик семи лет, убеждённый, что он ничтожество.
Девушка ушла. Я остался — и презирал себя ещё сильнее.
Глава 4. Точка невозврата
С Оксаной я познакомился в тридцать четыре. Она была спокойной, внимательной и удивительно терпеливой. Я рассказал ей всё — без прикрас. Она не отступила.
— Ты взрослый мужчина, — сказала она. — И имеешь право распоряжаться своей судьбой.
Мама невзлюбила Оксану с первой минуты. Обвиняла её в корысти, шептала, что меня «обрабатывают», уверяла, что меня бросят при первой возможности и обязательно найдут кого-то получше. И с каждым днём её напор становился всё агрессивнее.