— Дети будут спать в комнате, на хороших матрасах, — твердо сказала Марина и тут же повернулась к мойке. Она открыла кран сильнее, чем требовалось, лишь бы шум воды заглушил новые возмущения Оксаны.
Оксана недовольно буркнула что-то себе под нос, с раздражением шлепнула журналом по коленям и, тяжело поднявшись из кресла, ушла.
К вечеру тихий дачный участок уже напоминал проходной двор. Первым заявился Дмитрий: громко хлопнул багажником, вытащил оттуда упаковку самого дешевого пива и, не стесняясь, сразу же занял лучший гамак под яблоней. Обувь он сбросил тут же, вытянул ноги и выставил на всеобщее обозрение серые, давно потерявшие свежесть носки.
Следом по узкой улице с ревом пронеслась спортивная машина. Глушитель взвыл так, что соседская собака за забором сорвалась на лай. Из салона выпорхнула Алина, а за ней выбрался худой парень с выбритыми висками и модной укладкой.
Весь вечер Марина металась между кухней, столом и мангалом. Алексей, избегая встречаться с женой взглядом, суетился рядом с Дмитрием и помогал разжигать угли. Дмитрий при этом стоял с банкой холодного пива в руке и с видом знатока раздавал указания, будто руководил сложной операцией. Алина со своим спутником устроились в беседке, включили на телефоне громкую музыку, совершенно чужую этой вечерней дачной тишине, и время от времени требовали то чистые тарелки, то салфетки, то еще чего-нибудь.
Когда наконец принесли мясо, Дмитрий лениво подцепил вилкой кусок свинины, пожевал, скривился и демонстративно отложил его на край тарелки.
— Суховато вышло, Марина. Я же Оксане говорил, чтобы она тебе про маринад напомнила. Ладно, в другой раз сам рецепт продиктую, а то жалко продукты переводить.
Марина не ответила. Она молча ковыряла вилкой овощной салат и пыталась проглотить хоть немного, но еда будто застревала в горле. Алексей поспешил заговорить о том, что огурцы в этом году уродились особенно хорошо, но его попытка перевести разговор никого не заинтересовала.
Наутро стало только хуже. Алина, растянувшись на шезлонге и подставив лицо солнцу, позвала Марину так, словно та была обслуживающим персоналом, и попросила принести ей холодного сока. Дмитрий бросил пустую бутылку возле мусорного ведра, промахнулся, но даже не наклонился, чтобы поднять. Оксана тем временем прохаживалась вдоль грядок и без спроса срывала самые крупные помидоры сорта «Бычье сердце» — те самые, которые Марина берегла на семена. Она надкусывала их прямо на месте, сок стекал по пальцам и капал на листья.
Но последней каплей оказался разговор, который Марина услышала ближе к вечеру совершенно случайно.
Она стояла за теплицей и подвязывала тяжелые томатные кисти, когда за поликарбонатной стенкой раздался голос Оксаны. Та разговаривала по телефону с подругой.
— Да, Ирина, конечно, приезжайте! Весь сентябрь свободен, представляешь? У Дмитрия как раз отпуск, мы тут нормально устроимся. Воздух, банька, красота. Марина с Алексеем? Да они в город уедут, им же на работу. Ну, может, по выходным будут появляться. Марина у нас хозяйственная, она и наварит, и напечет, ей это не в тягость, она возле плиты любит стоять. А мы с тобой за грибами сходим. Да, Алина тоже хочет здесь день рождения отметить, человек пятнадцать друзей позовет. Дом большой, все разместятся. Ничего страшного, Марина потом приберет, не развалится. Это же дача, здесь все свои.
У Марины ледяным холодом свело пальцы. Она медленно опустила моток шпагата на землю и застыла.
Перед глазами одна за другой возникли картины будущего сентября. Их аккуратный, вычищенный до блеска дом, в который они с Алексеем вложили столько сил, окажется отданным на растерзание чужим людям. Ее посуду будут бить и ставить грязной в раковину. На ее постелях станут спать незнакомые гости. Банки с заготовками, которые она закрывала вечерами после работы, исчезнут под шумные застолья. А потом ей предложат приехать и отмывать полы после всей этой компании, еще и выслушивать недовольство Дмитрия, что баня была натоплена недостаточно жарко.
Марина глубоко вдохнула резкий, терпкий запах томатной ботвы. И именно тогда внутри у нее словно щелкнуло. Невидимая пружина, которая годами удерживала ее в роли удобной, терпеливой, безотказной хозяйки, вдруг лопнула.
В воскресенье вечером родня наконец начала собираться домой. Оксана деловито укладывала в багажник пакеты, куда без малейшего смущения напихала огурцы, зелень, кабачки и яблоки.
— Ну, мы поехали, — бросила она, махнув рукой. — В пятницу ждите. Мы с Дмитрием приедем пораньше, чтобы без пробок. Алина в субботу подтянется. Марин, ты к выходным блинов с мясом напеки, Дмитрий их очень любит. И баню к нашему приезду растопите.
Марина стояла у калитки, скрестив руки на груди. Она только кивнула и не произнесла ни слова. Алексей рядом неловко переминался с ноги на ногу и сухо попрощался с сестрой.
Когда гул машины окончательно растворился за поворотом, Алексей с облегчением выдохнул и потянулся, будто с плеч у него свалился тяжелый мешок.
— Устала, Мариш? Ничего, сейчас передохнем. Завтра на работу, а в следующие выходные уже побудем вдвоем. Я что-нибудь придумаю, отговорку какую-нибудь…
— Мы не приедем сюда в следующие выходные, — спокойно сказала Марина.