Оценки Марии чаще всего были на грани тройки, но Оксана не делала из этого трагедии: не каждому дано становиться учёным, думала она. Освоит ремесло — станет поваром или, к примеру, швеёй, и этого достаточно для достойной жизни.
Однако всё пошло совсем иначе. С переходным возрастом дочь будто подменили: домой возвращалась затемно, школу окончила еле-еле, девятый класс дотянула из последних сил. В колледж она всё же поступила, но посещала занятия от случая к случаю, и вскоре её отчислили за пропуски. Оксана пыталась вразумить дочь, уговаривала, ругалась, плакала — всё впустую.
Когда Марии исполнилось семнадцать, она однажды заявилась домой не одна, а с парнем.
— Мам, познакомься. Это Олег. Мы решили пожениться, — тихо произнесла она, не поднимая глаз.
Оксана опешила:
— Какой ещё брак? Тебе и восемнадцати нет. Вас просто не распишут!
— А мы и не собираемся в ЗАГС, — вмешался Олег. — У нас скоро малыш появится. Мария оформится как мать-одиночка и будет получать хорошие выплаты. В нашей деревне с работой туго, многие так живут. Вот у моей сестры Анны восемь детей — от двух или трёх мужчин, я точно не помню. И ничего, пособия у неё больше, чем у человека с дипломом, живёт припеваючи.
Он говорил это с такой уверенностью, будто делился блестящим жизненным планом. Оксана слушала и не верила собственным ушам.
Через положенный срок на свет появился её первый внук, а спустя две недели Марии исполнилось восемнадцать. С этого момента жизнь Оксаны изменилась окончательно. Семья разрослась, но ответственность, казалось, легла только на её плечи.
Олег устроился охранником на склад — сутки через двое. В свои двадцать два он мало задумывался о том, что значит быть мужем и отцом. Мария и подавно. Молодые заняли спальню и спали крепко, как ни в чём не бывало, не реагируя даже на плач ребёнка. Если Оксана находилась дома, она тихонько заходила к ним, забирала внука, подогревала смесь, кормила и укачивала его у себя в комнате.
Когда же ей выпадали ночные смены, малыш надрывался до изнеможения. О полноценном отдыхе после работы не приходилось и мечтать: вернувшись утром, Оксана меняла подгузники, готовила завтрак, ставила обед и пыталась поднять дочь с постели.
Та выползала из комнаты ближе к полудню.
— У меня после родов слабость, — неизменно оправдывалась Мария.
Аппетит у молодых был отменный. Холодильник пустел с пугающей скоростью, а вместе с ним таяли и деньги. Зарплата Оксаны растворялась за считаные дни, и ей всё чаще приходилось пользоваться кредитной картой, чтобы прокормить всех.
Олег же свои доходы считал исключительно семейными — в смысле, их с Марией. Однажды, получив получку, он вернулся домой с покупками: два новеньких смартфона.
Дочь сияла от счастья:
— Старые совсем никуда не годились! А эти — просто класс! Будем нормальные фото делать, Никитку на видео снимать.
— Лучше бы ты не забывала стирать его пелёнки, — не выдержала Оксана. — И ваша одежда уже в корзину не помещается. А из продуктов ты что-нибудь купил? — обратилась она к зятю.
Олег пожал плечами и начал оправдываться:
— Телефоны сейчас недешёвые… — протянул он, явно не считая себя виноватым.