Однако спокойствие продлилось недолго. Мария, окрылённая очередной идеей, вскоре родила третьего сына — Артёма. С гордостью она объясняла матери, что на троих детей выплаты больше, а значит, станет легче. Оксана лишь тяжело вздохнула: спорить было бесполезно.
Спустя полгода дочь огорошила её новой новостью. Оказалось, что в квартире им стало «слишком тесно», и семья решила перебраться в родную деревню Олега. Жильё в городе они собрались продать — покупатели, по словам Марии, уже нашлись. В планах значился просторный дом, огород, хозяйство и даже собственная ферма.
Оксана пыталась достучаться до дочери. Она убеждала не спешить с продажей: мало ли как сложится жизнь, куда возвращаться, если что-то пойдёт не так? Но её слова пропустили мимо ушей. Квартиру продали, деньги вложили в дом в деревне и уехали.
Через некоторое время Оксана съездила к ним. Дом действительно оказался большим, но запущенным и требующим серьёзного ремонта. Ни стройматериалов, ни мастеров она там не увидела — всё откладывалось «на потом». Мария уже ждала четвёртого ребёнка, опять мальчика. Денег, как и прежде, не хватало. Огород стоял заросший бурьяном, о хозяйстве говорили только в мечтах. Внутри дома царил привычный хаос.
Прошло два года, и на свет появился пятый сын. Мария заявила, что останавливаться не собирается — будет рожать до тех пор, пока не появится девочка. Так и случилось: шестым ребёнком стала долгожданная дочь. Бабушка приехала взглянуть на внучку — малышка и правда была очаровательной. Но сама Мария сильно располнела, перестала следить за собой. Дом по-прежнему оставался без ремонта, официально брак они так и не оформили, никакого хозяйства не появилось.
Больше всех радовался пополнению Олег. Он с воодушевлением подсчитывал на телефоне общую сумму пособий и довольно улыбался — цифра выходила внушительная. Работал он от случая к случаю: в деревне вакансий почти не было, а ездить в город, по его словам, слишком хлопотно. Основной надеждой оставались детские выплаты.
Оксана переживала за дочь — как ни крути, родная кровь. Но где-то глубоко внутри ощущала облегчение от того, что они живут далеко. Её собственная жизнь текла спокойно: работа, уютная квартира, редкие встречи с подругами. В какой‑то момент она вдруг осознала, что ей всего пятьдесят четыре — возраст совсем не старческий. Захотелось обновить одежду, съездить к морю, пожить для себя. Разве это преступление?
И стоило ей только позволить себе помечтать, как раздался звонок. Мария, всхлипывая, заявила, что устала от деревни. Родня Олега, по её словам, беспробудно пьёт, и он всё чаще к ним присоединяется. Она решила вернуться в город и собирается приехать к матери вместе со всеми детьми.
Оксана ответила твёрдо. В её однокомнатной квартире семерым не разместиться. Она предупреждала не продавать жильё — дочь поступила по‑своему, пусть теперь сама ищет выход. Можно работать, приводить в порядок огород, копить на новую квартиру. К тому же Оксана собирается в санаторий и менять планы не намерена.
Мария вспылила, назвала мать бессердечной и попыталась продолжить разговор, но та завершила звонок. С тех пор прошло полгода — дочь не выходит на связь. Оксана тоже не звонит. Отсутствие новостей она воспринимает как знак, что всё идёт своим чередом.
Эта история — из реальной жизни. И, к сожалению, подобные случаи встречаются куда чаще, чем хотелось бы.