Ты улетела на побережье с чужим мужчиной? Значит, решение ты уже приняла
— На поездку нужно четыреста тысяч, — произнесла Марина и аккуратно опустила на мой стол папку с бумагами.
Я даже не отвёл взгляд от экрана. Привычное дело. За восемь лет в моей компании она оформляла подобные командировочные заявки примерно раз в полтора месяца. Только за прошлый год — восемь выездов. Дели, Гуанчжоу, Стамбул: поставщики автозапчастей были разбросаны по разным странам, и с кем-то из них необходимо было вести переговоры лично. Марине эта часть работы нравилась особенно. Скорее даже, она ею жила.
Бизнес я поднимал сам, буквально с пустого места. Четырнадцать лет назад у меня были только гараж, три контейнера подержанных деталей и упрямство. Сам разбирался с гайками, сам развозил заказы, сам уговаривал первых клиентов поверить мне. На ладонях до сих пор остались следы той поры, хотя инструмент я уже много лет не беру в руки. К двадцать шестому году «ИгорьАвто» превратилась в склад на две тысячи квадратных метров, штат из четырнадцати человек и надёжные договоры с тремя заводами.
Марину я поставил директором по закупкам в восемнадцатом. К тому времени мы прожили в браке девять лет. Она сидела дома, тосковала, всё чаще говорила, что жизнь проходит где-то рядом, но не с ней. Я тогда предложил: попробуй работать у меня. Оклад назначил достойный — двести восемьдесят тысяч в месяц. Плюс корпоративная карта, страховка, все положенные льготы. Она будто проснулась. Начала летать на встречи, возвращалась с новыми контрактами, спорила, планировала, горела делом.
Но в тот вечер я почувствовал: что-то не сходится.
— Индия? — я всё же поднял на неё глаза. — Снова Дели?
— Новый поставщик, — Марина присела на край стола и поправила прядь волос. Маникюр был свежий: тёмно-бордовый, с мелким блеском. Она обновляла его строго раз в две недели, как по расписанию. — Детали для подвески. Цены очень хорошие. Только нужно прилететь самой. Они серьёзные вопросы решают исключительно при личной встрече.
— Как называется фирма?
— «Раджпут Моторс». Каталог я тебе перешлю.
Я молча кивнул и подписал заявку. Четыреста тысяч — билеты, отель, суточные на десять дней. Для Индии сумма обычная. Да и главное — она была моей женой. Я доверял Марине без оговорок, почти как самому себе.
И всё-таки, когда она вышла из кабинета, я заметил её улыбку. Не мне адресованную. Себе. Едва заметную, уголком губ. Именно так она улыбалась семнадцать лет назад, когда бронировала гостиницу для нашего свадебного путешествия.
Спустя час я набрал номер «Раджпут Моторс». Не из-за подозрений — скорее по привычке. Новых поставщиков я всегда проверял лично, это было моё правило.
— «Раджпут Моторс», слушаю вас, — ответил мужчина с заметным акцентом.
— Добрый день. Компания «ИгорьАвто», Россия. Наш директор по закупкам на следующей неделе должна приехать к вам на переговоры. Хотел бы уточнить несколько деталей.
На другом конце повисло молчание. Слишком длинное.
— Извините, сэр, — наконец сказал мужчина. — У нас не запланированы встречи с российскими компаниями. Вы уверены, что правильно назвали организацию?
Я отключил звонок. Посидел неподвижно с минуту. Затем набрал Марину.
— Я связался с «Раджпут Моторс», — сказал я спокойно, без нажима. — Они утверждают, что никакой встречи нет.
В трубке стало тихо. Прошла секунда. Потом вторая. Потом третья.
— Ты меня проверяешь? — её голос резко похолодел. — Ты решил звонить поставщику за моей спиной?
— Я позвонил поставщику, потому что это моя компания.
— Игорь, ты набрал не тот контакт. Я выхожу на них через посредника. Его зовут Рави. Он всё там организует. Ты же сам знаешь, как в Индии работают: без местного человека ничего быстро не решается.
Объяснение звучало правдоподобно. В Индии действительно часто всё делается через агентов и посредников. Я это прекрасно знал. И Марина тоже прекрасно знала, что я это знаю.
— Тогда пришли мне номер этого Рави.
— Пришлю. Завтра.
Она отправила контакт на следующий день. Номер оказался действующим. Мужчина представился тем самым посредником и подтвердил будущую встречу. Я дополнительно пробил номер: индийская сим-карта, никаких подозрительных следов. После этого я успокоился.
Как выяснилось позже, совершенно напрасно.
Через четыре дня Марина улетела. В Домодедово я повёз её сам. У стойки регистрации она поцеловала меня, улыбнулась, махнула рукой и исчезла за зоной контроля. Чемодан был большой, но для десяти дней в командировке — ничего необычного.
На второй день мне позвонил Владимир.
Владимир был моим другом ещё с девяностых. Мы начинали почти одновременно. Потом он ушёл в собственное дело — занялся логистикой и перевозками. Но связь мы не теряли: раз в месяц обязательно выбирались то на рыбалку, то на шашлыки, то просто посидеть без спешки. За нами стояли два с лишним десятилетия настоящей дружбы.