Владимир не был человеком, который стал бы обманывать меня ради пустяка. За все годы нашей дружбы он ни разу не сказал мне неправды.
— Игорь, — произнёс он, и в голосе его было что-то непривычное. Не страх, нет. Скорее осторожность, будто он заранее подбирал слова. — Я сейчас прилетел из Мумбаи. Пересадка была в Домодедово. И там я увидел Марину.
— Она в Дели, — ответил я сразу.
— Нет, — тихо сказал Владимир. — Она стояла у регистрации на рейс Домодедово — Гоа. Прямой рейс. Никакого Дели там не было.
Я ничего не сказал.
— Игорь, она была не одна, — продолжил он после паузы. — Возле неё находился мужчина. Молодой, подтянутый, загорелый. За руки они не держались, но её сумку нёс он. Ту бордовую, которую ты знаешь. И Марина смеялась. Я видел это сам, стоял метрах в пятнадцати от них.
Я отключил звонок. Некоторое время просто сидел, глядя перед собой. Потом поднялся и подошёл к окну. Внизу была парковка компании: мой «Ленд Крузер», развозная «Газель», пустое место Марины — она пользовалась служебной «Маздой».
И тут я вспомнил про ноутбук.
Её рабочий ноутбук оставался у неё в кабинете. Марина почти всегда оставляла его в офисе, а в поездки брала только личный планшет.
Я вошёл к ней. На столе — идеальный порядок: бумаги разложены по папкам, рамка с нашей фотографией из Турции, серый корпоративный ноутбук. Пароль я знал: на всех рабочих компьютерах стояла одна и та же комбинация.
Я открыл систему. Рабочая почта — пусто, ничего подозрительного. Мессенджер. И вот там она, как оказалось, не вышла из личного аккаунта.
Переписка тянулась почти полгода. Сто двадцать три сообщения. Дмитрий. Инструктор по сёрфингу, Северный Гоа. Они познакомились ещё в ноябре, когда Марина летала якобы на конференцию по логистике. Сама конференция действительно существовала. Только после неё Марина задержалась ещё на четыре дня — «для встреч с местными перевозчиками». Расходы тогда утвердил я. Семнадцать тысяч гривен в сутки. Четыре дня. Шестьдесят восемь тысяч из бюджета фирмы.
Я читал эти сообщения минут сорок. Каждая фраза будто вдавливала что-то тяжёлое мне в грудь.
«Скучаю по океану и по тебе».
«Скоро буду, жди».
«Муж ни о чём не догадывается, он мне полностью доверяет».
Муж ни о чём не догадывается.
Я закрыл ноутбук. И вдруг отметил странную деталь: руки у меня не дрожали. Внутри всё полыхало, но пальцы оставались неподвижными, словно каменными.
Я позвонил в банк и заблокировал корпоративную карту Марины. Ту самую, с месячным лимитом в сто пятьдесят тысяч.
Через три часа она сама набрала мой номер.
— Игорь, что случилось с картой? — голос у неё был высокий, напряжённый. — Я не могу оплатить счёт в ресторане!
— В каком ресторане, Марина?
— В… на деловом ужине. С поставщиком.
— В Дели?
— Да, конечно, в Дели!
— Забавно. Потому что Владимир видел тебя у стойки регистрации на Гоа. С мужчиной.
На другом конце повисла тишина. Долгая, вязкая. И сквозь неё я отчётливо услышал шум прибоя где-то рядом с ней.
— Игорь, всё не так, как ты решил, — начала она.
Я нажал отбой.
За следующий час она звонила семь раз. Я не ответил ни на один звонок. Потом пришло сообщение: «Игорь, пожалуйста, давай поговорим. Ты всё неправильно понял. Мне нужны деньги на обратный билет».
Деньги на обратный билет.
На мои четыреста тысяч она прилетела на Гоа с любовником, а теперь просила прислать ей деньги, чтобы вернуться назад.
Я ничего не написал.
Пусть Дмитрий и покупает. Он ведь инструктор по сёрфингу, значит, как-то зарабатывает. Или не зарабатывает?
Я снял со стены в кабинете фотографию Марины с корпоратива. На табличке под снимком было написано: «За вклад в развитие компании». Снимок сделали два года назад: она стояла с бокалом в руке и улыбалась. Я открыл ящик стола и положил рамку туда, лицом вниз.
Марина вернулась через пять дней. Не через десять, как собиралась изначально. Видимо, Дмитрий всё же нашёл деньги на билет. Или, может быть, выручила мать.
Домой она не поехала. Сразу направилась в офис. В понедельник, ровно к девяти утра, когда все четырнадцать сотрудников уже были на местах.
Дверь моего кабинета распахнулась без стука.
— Ты заблокировал мою карту! — Марина застыла на пороге: загорелая, в белом платье, с чемоданом у ноги. Волосы у неё заметно выгорели на солнце. — Ты бросил трубку! Ты оставил меня без денег в чужой стране!
Я сидел за столом. Передо мной лежала толстая синяя папка с логотипом нашей фирмы.
— Закрой дверь, — спокойно сказал я.
— Нет! — резко ответила она. — Пусть все слышат, как ты обращаешься со своей женой!
Я посмотрел на неё внимательнее. Загар был ровный, золотой, плотный — совсем не такой, какой появляется после трёх дней деловых встреч в душном Дели.