— Если он не расплатится, его просто убьют…
Марина будто окаменела. В голове стучала одна мысль: Дмитрий летит в пропасть и тащит за собой Викторию — её единственного ребёнка. Позволить этому она не имела права.
— Значит, надо обращаться в полицию, — резко сказала она, едва справившись с дрожью в голосе. — А тебе нужно немедленно уходить от него. Понимаешь? Если с ним что-то случится, эти долги могут повесить и на тебя. А потом доберутся и до нас!
Марина уже почти срывалась на крик, но Виктория только упрямо мотала головой:
— Мам, какая полиция?.. Я его не оставлю. Он сейчас один. Я не могу.
Тогда Марина поняла: разговоры с дочерью бесполезны. Нужно говорить с самим Дмитрием.
Встретились они без Виктории. Марина смотрела на него и не узнавала того спокойного, обаятельного парня, который когда-то казался ей вполне приличным. Перед ней сидел уставший, нервный человек с потухшими глазами.
— Не вмешивайтесь, Марина Сергеевна, — сказал он сухо. — С вашей дочерью ничего плохого не произойдёт. А если вы правда хотите помочь…
— Про квартиру даже не начинай, — оборвала его Марина. — Об этом не может быть речи. Лёгкие деньги никого до добра не доводят. Ты взрослый человек, должен был понимать, во что ввязываешься. За всё приходится платить. Но мою дочь в свои долги не втягивай. Где твои родители? Почему они не помогают?
Дмитрий криво усмехнулся, но ничего не ответил.
Марина долго смотрела на него, потом произнесла уже тише:
— Я прошу тебя только об одном. Отпусти Викторию. Если ты действительно её любишь хоть немного, заставь её вернуться домой. Скажи, что разлюбил. Придумай любую причину. Только не ломай ей жизнь. У меня, кроме неё, никого нет.
— Я люблю её, — глухо сказал Дмитрий, опустив взгляд.
На этом их разговор закончился.
Домой Марина шла как во сне. Её трясло так сильно, что пальцы не слушались. Вечером она налила себе немного вина — не ради удовольствия, а просто чтобы хоть как-то унять внутреннюю дрожь.
Спустя три дня, вернувшись после работы, Марина увидела в прихожей чемодан. Рядом стояла Виктория — бледная, заплаканная, с распухшими глазами. Едва мать переступила порог, дочь бросилась к ней.
— Мам… он меня выгнал, — всхлипывала она, цепляясь за Марину. — Сказал, что больше не любит. Что это из-за меня он во всё влез… Мам, почему? Как так можно?
Марина обнимала дочь, гладила её по волосам, шептала что-то успокаивающее, а сама понимала: Дмитрий всё-таки услышал её просьбу. И как ни странно, в этот миг она почувствовала к нему почти благодарность.
Когда-то Марине казалось, что страшнее не бывает: муж ушёл, оставив её одну с маленьким ребёнком. Но жизнь показала, что есть боль и тяжелее — когда твоя взрослая дочь, твоя Виктория, влюбляется в человека, который сам не способен выбраться из собственной бездны.
Ещё долго Марина вздрагивала от каждого звонка в дверь. Ей мерещилось, что на пороге появятся люди, которым Дмитрий должен деньги. Или он сам — измученный, отчаявшийся, опасный. Но дни проходили, никто не приходил. Постепенно страх стал отступать.
Виктория тоже понемногу возвращалась к жизни. Снова занялась учёбой, восстановилась в университете, начала встречаться с подругами. Не сразу, но в её голосе снова появились живые нотки.
Позже до них случайно дошли новости о семье Дмитрия. Его отец, узнав о долгах сына, не выдержал — сердце остановилось после инфаркта. Мать собрала всё, что у неё было, отдала кредиторам последние сбережения, лишь бы спасти сына. Но долги всё равно не исчезли окончательно. А сам Дмитрий пропал. То ли решил начать жизнь с чистого листа, то ли просто скрывался от тех, кому задолжал.
Недаром говорят: маленькие дети — маленькие заботы…
Дети редко слушают родителей, зато, когда попадают в беду, первыми бегут именно к ним. И это естественно, если они не требуют невозможного. Марина ради Виктории отдала бы всё. Но ради Дмитрия жертвовать домом, спокойствием и будущим дочери она не могла.
Ей оставалось только надеяться, что подобный кошмар больше никогда не повторится.
«Однажды может наступить время, когда люди проснутся в мире, где никто не стремится ни учиться, ни работать. Все будут гнаться за развлечениями и быстрыми деньгами. Но лёгких денег не бывает: за каждое удовольствие назначена цена. Один расплачивается честью и совестью, другому приходится платить кровью — своей, близкого человека или случайного незнакомца».
Ольга «Птенчик»
«Похоже, многие ищут самый короткий путь к богатству и упорно обходят единственную прямую дорогу — ту, что проходит через труд».
Иван