Эпизиотомия во время родов, каково это?

В этой процедуре есть свои плюсы!

У меня было четверо родов и четыре эпизиотомии.

«Эпизиотомия» – причудливый термин для процедуры во время родов, когда акушерка делает хирургический разрез от вл*галища к анусу – мышечной области, называемой промежностью. Речь идет о том, что сделать контролируемый разрез предпочтительнее, чем позволить промежности естественным образом порваться, когда ребенок «покидает» тело матери. Хотя эпизиотомии раньше были рутиной, это уже не так.

Но это, то через, что я прошла. Для моих первых трех родов вся в*гинальная эпизиотомия не была событием. У меня была эпидуральная анестезия, которая работала изумительно. У меня все хорошо онемело, поэтому я чувствовала давление внизу, но не больше. Мой доктор предупредил меня, что она режет меня, вот и все. Я не чувствовала саму процедуру. Когда ребенок родился, а затем плацента, мой врач приступил к сшиванию разреза. Каждый раз я ничего не чувствовала.

Тем не менее, с четвертыми родами эпидуральная анестезия понадобилась к концу моих родов. Я постепенно ощущала все больше и больше сокращений – к тому времени, когда моя медсестра и анестезиолог осознали, что произошло, я корчилась от боли во время перехода, и у меня не было времени, чтобы заново сделать эпидуральную анестезию. Я все чувствовала во время родов. И мне также нужна была эпизиотомия.

Немного поторопившись, мой доктор сказала, что она собирается сделать укол, чтобы она могла порезать меня. Я уже чувствовала наихудшую боль в моей жизни в тот момент, поэтому, к счастью, «онемевший выстрел» даже не регистрировался на моем радаре. Затем мой доктор выполнил эпизиотомию, и моя девочка родилась. Я тоже не помню, чтобы мой доктор делал швы – благодаря тому, что меня отвлекла моя новорожденная малышка, и дополнительному уколу, который она сделала мне перед началом накладывания швов.

Исходя из моего опыта, я бы сказала, что выздоровление после эпизиотомии не имело большого значения. С другой стороны, у меня никогда не было другого опыта; так что технически мне не с чем их сравнивать.

Как только эффект от моей эпидуральной анестезии прекратился для моих первых трех родов, все “внизу” стало довольно опухшим и воспаленным. Не удивительно, ведь человек только что вышел из моего родового канала. Однако каждый раз я вспоминаю, как моя медсестра давала мне подушку льда или подгузник для новорожденных, пропитанный успокаивающим синим гелем, – чтобы поместить его в мои гигантские послеродовые прокладки.

Пока швы от моей эпизиотомии не растворились, я использовала бутылку с водой, чтобы обмыться после того, как пошла в уборную. Кроме этой гигиенической процедуры, требующей особого ухода, каждый раз, когда я пользовалась туалетом – наряду с регулярной сменой негабаритных прокладок, которые я носила в течение нескольких недель, – больше ничего не нужно было делать для ухода за моими швами.

Когда я пошла на мою послеродовую проверку, мой врач проверил область, где были швы, чтобы удостовериться, что все зажило должным образом. Она также пощупала мой живот, спросила меня о кровотечении и т. д. и дала мне зеленый свет, чтобы возобновить п0ловой акт и заниматься спортом. И это было все. Кажется, что нет никаких убедительных доказательств наличия эпизиотомии.

Но стоит упомянуть, что со времени рождения детей у меня было довольно много постинородного стрессового недержания. Другими словами, я «теряю» мочу, когда тренируюсь. Эта неприятная проблема имеет тенденцию решаться почти полностью через год после родов, и я не уверена, что эпизиотомия имеет к этому какое-либо отношение.

То, что я знаю, – пережив эпизиотомию четыре раза сейчас – это определенно не так плохо, как кажется.

Яндекс.Метрика